All Episodes

Всё пойдет по Марксу. Какое общество хотел построить немецкий философ

Итальянская мафия: сердце спрута

«Восстание против тиранов есть послушание Богу»: могут ли христиане сопротивляться несправедливости

Пиратские утопии и конец порядка: чему учит «онтологическая анархия» Хакима Бея

Курс молодого шахида: как иранская пропаганда убеждала детей умирать в интересах Исламской революции

«Язык Дьявола»: забытый шедевр японского модерна

История манифеста: от вавилонской свободы веры до киберфеминистского саботажа

История «Взгляда»: как легендарная передача 1990-х стала рупором изменений

Как испанские левые СМИ выживали при военной диктатуре? Борьба Франко с «иноагентами» и подпольное сопротивление

Зачем читать Аристотеля сегодня? Новаторство античной этики: психологическое совершенство, самолюбие и формула счастья

Вязь гаражных лабиринтов: воспоминания о детстве 90-х

Поэтика Егора Летова: от гражданского протеста до метафизических поисков

Вы — это сеть: концепция «Сетевого Я» против единой идентичности

Чайлдфри как выбор. Почему люди отказываются от деторождения

Почему мы верим в гороскопы, любим неидеальность и хотим помыться после неприятных событий? 8 необычных психоэффектов

Нужна ли обществу полиция и как аболиционисты предлагают ее реформировать?

Зараза фраз: женщины в писательстве и боязнь авторства. Классический труд «Безумица на чердаке» — впервые на русском

Какими они возвращаются: посттравматическое расстройство у военных. Как солдат лечат от галлюцинаций и боли

Лингвистическая (де)милитаризация. Как новояз, слова-триггеры и штампы конструируют реальность в эпоху спецоперации

Цветение токийской розы: как японская пропаганда во время Второй мировой пыталась сломить дух американских военных

«При обстреле падать на урны». Как проходили референдумы в Донбассе? Дневник из зоны спецоперации

Как судили нацистских преступников в Нюрнберге: оправдания военных, слезы банкиров и ложь бюрократов на процессе века

«Когда-то в Донбассе добывали уголь, теперь в него превращают людей». Дневник репортера из зоны спецоперации

Откатоград: краткое руководство по бескровному изменению общественного строя в отдельной стране

«Изнасилования – это не про секс, а про власть». Что нужно знать о сексуализированном насилии?

Исполнитель, заказчик и новогоднее чудо

Цена денег. Как устроен, от чего зависит и на что влияет курс валют

Симулятор диктатуры: как построить успешную автократию в XXI веке

Журналистские битвы Хемингуэя. Как писатель боролся с диктатурой, войнами и демагогией, много пил и победил фашизм

«Он схватил моё лицо и ударил головой об стену». Монолог мужчины, пережившего домашнее насилие

Такой же псих, как и напротив: психологи и психотерапевты о своих ментальных заболеваниях

Адольф Эйхман. Пропущенный урок истории

История моей шизофрении

Парадоксы демократии

Как Сталин захватывал власть: запрещенные воспоминания секретаря вождя

Кафу сделать пылью. Как японский писатель не поддался ура-патриотизму, пережил военную диктатуру и остался верен себе

«Остаётся только одно». Антивоенный манифест Вольфганга Борхерта

Психология постмодерна: как понять свой тип личности, выбрать специалиста и справиться с тем, что мешает жить счастливо

«Забота об общем благе»: как государство эксплуатирует нашу нерациональность?

Секс и ярость сукебан: как женские банды Японии 70-х стерли грань между эксплуатацией и эмансипацией

Анти-Фрейд: позитивный взгляд на психотерапию от Виктора Франкла. Введение в «Волю к смыслу»

Рейтинги MPAA: а Вы знаете, какое кино показать вашим детям?

Скотт Александер «Чему меня научили пять тысяч лет в альтернативной вселенной»

Страх и ненависть в эфире: почему на «Первом канале» стало так много ток-шоу?

Порно как зависимость: почему люди подсаживаются на секс-видео

Алан Уотс: «Психоделики и религиозный опыт»

Фабрика фастфуда

Секс-шоп снаружи и изнутри

Взятка за настоящее

День Победы

Почему в прекрасном обществе будущего не будет зарплат

«Я — настолько же Бог, насколько и вы»: как европейцы отказались от законов против богохульства

Статус. Как я уехал за океан, пускал пыль в глаза и не сторчался

Почему мы неосознанно вредим людям?

Цифровой арбитр. Как социальный рейтинг меняет рынок такси и не меняет людей

«Такого ада мы не видели даже в Афганистане»: как СССР секретно участвовала в гражданской войне в Анголе

«Глава государства» и другие вещи, которые не нужны

Семантика тропов: как зашифровать мир в образе корабля

Крюгер Богемское. Исповедь наёмника по добыванию палок

Поэт отчаяния и абсурда. Как Франц Кафка сочинил нашу реальность

По вашим заявкам: иллюзия выбора и потеря самоидентичности

Плётки, оргии и свадьбы. История сексуальных традиций мира

Театральная ирония судьбы, или с Новым Годом, герр Дроссельмейер!

Как главнокомандующий армии Юга чуть не возглавил армию Севера

Почему современные выборы безнадежно устарели: синдром демократической усталости

Как Италия с Францией полтора века из-за территорий ругались

Воспоминания сына «врага народа»: «Во мне до сих пор страх живет сталинский…»

Не вечно молодой, но вечно пьяный

Засрак: жизнетворчество Дмитрия Александровича Пригова как опыт трансгрессии

Небанальность зла. Индустрия истребления в нацистской Германии

Амаэ. Близость и зависимость в современном японском обществе

Памяти Фуко. Что такое власть и как мы пришли к обществу норм, дисциплины и контроля

Миссия «Ностромо». Пересматривая Ридли Скотта

Психология войны. О жестокостях американцев во Вьетнаме

Чиновник и гражданин в провинциальном городе

Типография Нового времени: история печатной книги и бумаги

Мой комбат. Воспоминания военного врача о Второй чеченской войне

Легенды B-movie: Дарио Ардженто и Руджеро Деодато. Ужас и красота итальянского хоррора

«Человек — это цель»: моральная философия Иммануила Канта

Как коронавирус меняет мир: удаленка, социальное расслоение и новая геополитика

Бороться нельзя страдать. Что такое буллинг и как его избежать

«Пиво, минет и — расслабьтесь». Первое интервью неизвестного героя бит-поколения Эриха фон Неффа

Генрих VIII и Анна Болейн: любовь, изменившая ход истории

Поствыживание. Комплекс вины и кризис самооценки в дивном новом мире

Как квир-кино завоевывает культуру и о чем оно говорит: история и современность

«Рискнули и победили!»: интервью с человеком, пережившим рак

Кругосветное путешествие как образ жизни

«Дорогие гомофобы!»: ЛГБТ-подростки пишут письма тем, кто их ненавидит

Искоренение слезливости: как публичные эмоции перестали быть нормой

Трон за миллион: как я заряжался денежной энергией

Habeas corpus: общественный садомазохистский договор

Научные журналисты на страже знания

Ценность ценностей: что в жизни по-настоящему важно? Конспект лекции Альфрида Лэнгле

Как японское искусство породило европейский авангард

Литературная месть: как писатели расправляются со своими критиками

Как устроено донорство костного мозга в России

Когда рухнет режим, вы все потеряете работу

Катана и нож. Как якудза переняли культуру самураев

Что скрывается за вывеской «Make the World a Better Place»

Индустрия заказных работ как опора российского вуза

Между наукой и догмой: проблемы современного преподавания истории

Что такое социальный конструкт: наукообразное пустословие или инструмент познания мира?

Бюрократический бунт. Как подать жалобу в прокуратуру и заставить систему работать

Мораль и нравственность: проблема различения

Колобок: расследование

Как в Японии продвигают классическую литературу при помощи аниме

Мир глазами лишенного слуха

МузТВ, вязки и транквилизаторы: каково живётся за решётчатыми окнами психиатрической больницы

Дома терпимости: как работали бордели в дореволюционной Москве

Голливуд Гитлера: кино Третьего рейха

«Я хочу хакнуть ее мозг»: как мой мозг хотели взломать, но у меня получилось победить программу

Квир-история искусства: произведения, изменившие правила игры

Как воспитать деспота?

YouTube’ом по голове!

Как расследуются преступления в России

Легендарные предвыборные слоганы

Cтихи Егора Летова: «Мертвые не сеют и не жнут, не умеют, не живут»

Качество смерти

Самое антивластное шоу на телевидении. Нигилизм «Симпсонов»

Порно в России: взгляд писателя и психиатра

Диалектика насилия: жертвенная система и происхождение политической власти

Между физикой и лирикой: о новых формах поэзии

Как работали цензоры Франции XVIII века: проблемные случаи

Станции утешения: сексуальное рабство по-японски

Кельты на Каспии, или загадка арабского фолианта

Мыслить как гений: разгадка математического дара в его связи с интуицией и языком

Русский пленник в Бухаре и невероятное возвращение домой

Как работает сводническое агентство: любовь на аутсорс

Страх и правда Юрия Щекочихина

В мире давно и прочно перепутали медицину и полицию

Как (не) поднять бабла: кошконяня, блэкджек и декабристы в «Эльдорадо»

На магните или в земле: как устроен Russian Anonymous Marketplace

Джайлс под Вологдой: история первой английской книги о России

Парень, который тверже чем гвоздь для гроба: бескупюрная биография Гая Ричи

Московская развязка «Флорентийской трагедии»: как последняя пьеса Уайльда впервые вышла на русском

Вселенная Квентина Тарантино: образы детей и женщин

«Не порок, а особенность». Репортаж из психдиспансера

«Надо плакать – вы плачете, надо смеяться – вы смеётесь». Как проходят съёмки Пусть говорят

Акульи хрящи и овечьи плаценты. Как работает современная нетрадиционная медицина

Маниакальное. Депрессивное. Твоё: «Беспокойный ум» в контексте литературы о сумасшествии

Как андеграундные ZAP Comix изменили всё

Эстетический анестетик: боль, смысл, котики. История аудиака

Бычок или хабарик? Диалекты регионов России

Шаровые молнии среди нас

Иду и возвращаюсь: война глазами ребенка

Вам не нужны свободные выборы

Про бизнес, как для маленьких: как устроено предпринимательство

Тринадцать вздохов о лете

Депрессия — причуда или проблема? Три беседы о болезни

Как устроены биоритмы и зачем человеку нужен режим дня

Массовая истерия как защитная реакция сумасшедшего общества

«Чтоб они, суки, знали»

Поэт «сплошного чуда» в тени питерского андерграунда: этюд об Анри Волохонском

Эволюция Бэтмена: как Темный рыцарь был детективом, героем, клоуном и злодеем

Истоки человеческого воображения