И.И. Мавринский - Апофеоз частиц

Свобода от целого, его организаций, значимостей, стратегий поведения и субъективации, горизонтов удостоверения есть попытка охватить ту черту, линию, манеру речи, через которые становятся заметны «перегной», «осадок», «культурный пласт». Охватить не для того, чтобы «пересобрать» целое, сменить одну линию означающих на другую, присвоить и развернуть то, что стало заметным, но, чтобы попробовать удержать «предел своих интенсивностей». По сути, речь идет о том, чтобы дать слово множественности, то есть на место трансценденции, транслирующей целое на все поле предметности, поставить тот поток частиц, который удаляясь или превращаясь, предоставляет условия возможности для самого целого.

Свобода от целого, его организаций, значимостей, стратегий поведения и субъективации, горизонтов удостоверения есть попытка охватить ту черту, линию, манеру речи, через которые становятся заметны «перегной», «осадок», «культурный пласт». Охватить не для того, чтобы «пересобрать» целое, сменить одну линию означающих на другую, присвоить и развернуть то, что стало заметным, но, чтобы попробовать удержать «предел своих интенсивностей». По сути, речь идет о том, чтобы дать слово множественности, то есть на место трансценденции, транслирующей целое на все поле предметности, поставить тот поток частиц, который удаляясь или превращаясь, предоставляет условия возможности для самого целого.

Свобода от целого, его организаций, значимостей, стратегий поведения и субъективации, горизонтов удостоверения есть попытка охватить ту черту, линию, манеру речи, через которые становятся заметны «перегной», «осадок», «культурный пласт». Охватить не для того, чтобы «пересобрать» целое, сменить одну линию означающих на другую, присвоить и развернуть то, что стало заметным, но, чтобы попробовать удержать «предел своих интенсивностей». По сути, речь идет о том, чтобы дать слово множественности, то есть на место трансценденции, транслирующей целое на все поле предметности, поставить тот поток частиц, который удаляясь или превращаясь, предоставляет условия возможности для самого целого.

Свобода от целого, его организаций, значимостей, стратегий поведения и субъективации, горизонтов удостоверения есть попытка охватить ту черту, линию, манеру речи, через которые становятся заметны «перегной», «осадок», «культурный пласт». Охватить не для того, чтобы «пересобрать» целое, сменить одну линию означающих на другую, присвоить и развернуть то, что стало заметным, но, чтобы попробовать удержать «предел своих интенсивностей». По сути, речь идет о том, чтобы дать слово множественности, то есть на место трансценденции, транслирующей целое на все поле предметности, поставить тот поток частиц, который удаляясь или превращаясь, предоставляет условия возможности для самого целого.

Свобода от целого, его организаций, значимостей, стратегий поведения и субъективации, горизонтов удостоверения есть попытка охватить ту черту, линию, манеру речи, через которые становятся заметны «перегной», «осадок», «культурный пласт». Охватить не для того, чтобы «пересобрать» целое, сменить одну линию означающих на другую, присвоить и развернуть то, что стало заметным, но, чтобы попробовать удержать «предел своих интенсивностей». По сути, речь идет о том, чтобы дать слово множественности, то есть на место трансценденции, транслирующей целое на все поле предметности, поставить тот поток частиц, который удаляясь или превращаясь, предоставляет условия возможности для самого целого.

Свобода от целого, его организаций, значимостей, стратегий поведения и субъективации, горизонтов удостоверения есть попытка охватить ту черту, линию, манеру речи, через которые становятся заметны «перегной», «осадок», «культурный пласт». Охватить не для того, чтобы «пересобрать» целое, сменить одну линию означающих на другую, присвоить и развернуть то, что стало заметным, но, чтобы попробовать удержать «предел своих интенсивностей». По сути, речь идет о том, чтобы дать слово множественности, то есть на место трансценденции, транслирующей целое на все поле предметности, поставить тот поток частиц, который удаляясь или превращаясь, предоставляет условия возможности для самого целого.