24. Жена священника

Глава 24. Жена священника. Аудиокнига "Диана" Susan Warner 1877Перевела и озвучила книгу Галина ГураДиана с головой погрузилась в новые занятия. Она была совершенно серьёзна в данном обещании, которое прозвучало в конце последнего разговора; но взяться за работу - это одно, а выполнить её - совсем другое; и Диана не сразу увидела свет. В то же время, давление уз её нового существования могло быть переносимо, только забывшись в интенсивном занятии. Её муж хотел, чтобы она училась многим вещам, ради себя и ради неё самой. Он желал этого, зная, что её образование было чрезвычайно односторонним и несовершенным. Он хотел, чтобы для неё были открыты все источники роста и удовольствия. Он так же жаждал полного общения со своей женой в своей собственной жизни и в служении. Поэтому он забрал из её рук сковородки и котелки, и заменил их словарями и философией. С её стороны, помимо негативного побуждения забыть свои проблемы в книгах, умственная природа Дианы была слишком здоровой и богатой, чтобы не принять новые семена, брошенные в почву. Она уже много знала от личного чтения и размышлений, чтобы быть готовой к шагу в более широкую сферу, которую ей предлагали и в которой его рука готова была поддержать её, и помочь идти дальше. Сознание пробуждающейся силы и расширения границ её мира тянуло её вперёд.Иногда она находилась в кабинете Басила, где он устроил для неё местечко, временами внизу, в своей собственной маленькой гостиной. Диана сидела над книгами и листала страницы словарей. Она на ощупь пробиралась по лабиринтам латыни, или удивлялась и трепетала от красоты греческих слов Нового Завета, когда муж объяснял ей их значение. Она записывала вопросы, писала рефераты, погружалась в глубины философских размышлений. Затем Диана начала изучать французский язык и очень скоро стала наслаждаться прекрасным собранием французских классиков, которые заполняли определённые полки в их библиотеке.Помимо всех вышеперечисленных мотивов, которые подстёгивали и стимулировали её рвение к учёбе, существовала ещё одна очень тонкая глубинная причина, имевшая немалое отношение к её неослабевающей энергии в погоне за своими целями. Даже, можно сказать две. Диана искренне желала угодить своему мужу и ради него стать, насколько позволяло воспитание, подходящей для него спутницей. Это она знала. Но она едва ли понимала, что за всем этим и даже сильнее всего было желание стать достойной другого мужчины, спутником которого она теперь никогда не будет. Неуловимое, как многие из наших пружин действия, неосознанное, оно вело её с непрекращающимся импульсом. Быть такой женщиной, какой Иван гордился бы; такой, какую он хотел бы иметь везде рядом с собой; такой, которую он мог бы не боясь представить в любом обществе. Диана стремилась к этому, хотя Иван никогда не узнает об этом, и это его нисколько не волновало. И так как время от времени она чувствовала, что приближается к своей цели, к тому, кем она хотела быть, Диана радовалась тайной радостью, которая не была ни любовью к знаниям, ни гордостью личного честолюбия, ни долгом любящей жены. Она просто не подозревала этого; если бы распознала, то, вне сомнения, попыталась бы изгнать.Однажды после обеда она сидела в кабинете за столом у окна, где занималась, но сейчас была свободна. Окно было распахнуто, в комнату вливался тёплый летний воздух, и над холмами и равниной сияло вечернее солнце. Диана смотрела за окно, в то время как мысли её блуждали. Внезапно она насторожилась, её собственные мысли поразили её.