Двадцатая глава романа Михаила Булгакова "Белая гвардия"

Последняя глава романа.  Романа замечательного. Возможно местами неровного, может быть даже в чём-то недописанного, это моё субъективное мнение. Но, как бы то ни было, романа выдающегося. Именно романа. Это плод вымысла. Или отражение субъективного взгляда. Да и как иначе. Написание ведь является свидетельством личного высказывания. Беда всё же наблюдается. В другом. Сила впечатления от романа, слава сценической версии под названием "Дни Турбиных" превратили этот личный взгляд в историческое свидетельство, в часть общеупотребимого учебника по истории. Позиция автора совпадала с позицией тогдашней власти в стране под названием СССР, наследнице, как бы то ни было, Российской Империи. Не зря свыше двадцати раз (кто-то утверждает, что смотрел лишь три раза, но и это немало) приходил во МХАТ один усатый широкогрудый осетин. Уничижение самой идеи не советской Украины, независимой  страны (незалежної країни /укр./- [нэзалэжнойи крайины]) работало на коммуняк. Я как-то обратил внимание, что актриса МХАТ Тарасова не играла в этом спектакле. Актриса крупная, интересная. Подумалось, что возможно потому это случилось, что киевлянка, которая жила меньше чем в километре от знаменитого дома на Андреевском спуске как-то по-другому воспринимала тогдашние события. И ещё обращаю внимание на фильм "Музыкальная история" (1940) с Сергеем Лемешевым в главной роли. Там звучит фраза - "Петлюра - изверг рода человеческого". Сколько лет прошло, а вталдычивалось этакое. Я рад, что прочёл этот роман. Надо было, конечно, раньше это сделать. Но сначала был роман "Мастер и Маргарита". Больше сорока лет назад. Ёще раз напомню, что это вполне черновое прочтение. Особенно с технической стороны дела. Если говорить об "интерпретации", то конечно же запись требует иного времени для осмысления написанного и приданию этому в звучании заметных форм. Но пока так. А ещё надеюсь, что придёт время и для издания в котором отразится серьёзная редакторская работа касающаяся вкраплений украинской речи. Передача при написании требует иного подхода. И без комментариев не обойтись. Подождём - Почекаємо (укр.) - [Почэкайэмо]