EPISODE · Oct 15, 2023 · 8 MIN
Слова и звуки 132: Нелюдимо наше море
from Слова и звуки · host Виктор Сонькин
#pomespenyeach В стихотворении Михайлик упоминается, среди остальных персонажей, которых, в целом, узнать не очень трудно, писатель Ян Ларри, который не придумал ничего лучше, как анонимно сочинять роман для одного только читателя — Сталина; и посылать ему поглавно. Я думаю, что даже если бы это был панегирический роман (а он не был), его бы нашли и посадили. Ну вот его нашли и посадили (но хотя бы не расстреляли, это был 1940-й год, а не 37-й), и вышел он только в 1956-м. Потом еще писал детские повести, умер в 1977-м в 77 лет. *** Сейчас трудно писать, особенно публично, что угодно, что не о текущих событиях (да и они уже из кровавого бутика превратились в кровавый супермаркет); для тех, кто этим мучается, обращаю ваше внимание, что стихотворение “Мышонок” датировано 16 мая 1945 года. *** Стихотворение Бальмонта попалось по странной причине — я в процессе перевода некоторых стишков (don’t ask) написал “из-подо льда” и задумался, так вообще говорят по-русски? Ну вот ответ. *** Стихотворение Ахматовой интересно тем, что по первой строчке оно кажется четырехстопным ямбом, а потом оказывается, что это трехстопный амфибрахий. Стиховед и переводчик Александр Илюшин про такие примеры говорил “Летят перелетные птицы, / Преследуя свой идеал”. [Вторая строчка из X главы “Евгения Онегина”.] *** Как с хрестоматийными крыловскими баснями, хрестоматийная песенка Языкова (на музыку, представьте себе, Константина Вильбоа — в смысле Villebois, но последним более или менее настоящим французом в роду был его прадед, да и того Петр I уже принял на русскую службу) известна цитатой “Будет буря, мы поспорим и поборемся мы с ней”, в то время как в тексте-то другое слово. *** Жаботинский понятно почему, и этот стишок понятно почему — это, видимо, перевод песенного текста, поэтому он довольно зажатый; вообще-то у Жаботинского никакой стиховой зажатости не было, и, скажем, его перевод “Ворона” По из лучших. 1767. Елена Михайлик. Одну шведскую учительницу попросили [2019] 1768. Дмитрий Кедрин. Мышонок [1945] 1769. Даниил Хармс. Погибли мы в житейском поле [1937] 1770. Константин Бальмонт. Из-подо льда [1903] 1771. Анна Ахматова. Забудут? — вот чем удивили! [1957] 1772. Николай Языков. Пловец [1829] 1773. Геннадий Алексеев. Сфинксы [1970-е?] 1774. Владимир Жаботинский. Песня Бейтара [1932] 1775. Осип Мандельштам. Дано мне тело — что мне делать с ним [1909]
What this episode covers
#pomespenyeach В стихотворении Михайлик упоминается, среди остальных персонажей, которых, в целом, узнать не очень трудно, писатель Ян Ларри, который не придумал ничего лучше, как анонимно сочинять роман для одного только читателя — Сталина; и посылать ему поглавно. Я думаю, что даже если бы это был панегирический роман (а он не был), его бы нашли и посадили. Ну вот его нашли и посадили (но хотя бы не расстреляли, это был 1940-й год, а не 37-й), и вышел он только в 1956-м. Потом еще писал детские повести, умер в 1977-м в 77 лет. *** Сейчас трудно писать, особенно публично, что угодно, что не о текущих событиях (да и они уже из кровавого бутика превратились в кровавый супермаркет); для тех, кто этим мучается, обращаю ваше внимание, что стихотворение “Мышонок” датировано 16 мая 1945 года. *** Стихотворение Бальмонта попалось по странной причине — я в процессе перевода некоторых стишков (don’t ask) написал “из-подо льда” и задумался, так вообще говорят по-русски? Ну вот ответ. *** Стихотворение Ахматовой интересно тем, что по первой строчке оно кажется четырехстопным ямбом, а потом оказывается, что это трехстопный амфибрахий. Стиховед и переводчик Александр Илюшин про такие примеры говорил “Летят перелетные птицы, / Преследуя свой идеал”. [Вторая строчка из X главы “Евгения Онегина”.] *** Как с хрестоматийными крыловскими баснями, хрестоматийная песенка Языкова (на музыку, представьте себе, Константина Вильбоа — в смысле Villebois, но последним более или менее настоящим французом в роду был его прадед, да и того Петр I уже принял на русскую службу) известна цитатой “Будет буря, мы поспорим и поборемся мы с ней”, в то время как в тексте-то другое слово. *** Жаботинский понятно почему, и этот стишок понятно почему — это, видимо, перевод песенного текста, поэтому он довольно зажатый; вообще-то у Жаботинского никакой стиховой зажатости не было, и, скажем, его перевод “Ворона” По из лучших. 1767. Елена Михайлик. Одну шведскую учительницу попросили [2019] 1768. Дмитрий Кедрин. Мышонок [1945] 1769. Даниил Хармс. Погибли мы в житейском поле [1937] 1770. Константин Бальмонт. Из-подо льда [1903] 1771. Анна Ахматова. Забудут? — вот чем удивили! [1957] 1772. Николай Языков. Пловец [1829] 1773. Геннадий Алексеев. Сфинксы [1970-е?] 1774. Владимир Жаботинский. Песня Бейтара [1932] 1775. Осип Мандельштам. Дано мне тело — что мне делать с ним [1909]
NOW PLAYING
Слова и звуки 132: Нелюдимо наше море
No transcript for this episode yet