All Episodes
Строго по делу с Ильей Копелевичем — 128 episodes
Замминистра экономического развития Татьяна Илюшникова: для ПВЗ нужен отдельный ОКВЭД, чтобы отрасль получила свой голос
Илья Родионов, Квантум Парк: «Россия ценится тем, что стоимость разработки здесь, по сравнению с США, от ста до тысячи раз дешевле»
Евгений Писарев: люди, которые тратят по сотне тысяч на билет в театр, не хотят чувствовать себя обманутыми
Министр по развитию Дальнего Востока и Арктики Алексей Чекунков: тоннель между Аляской и Чукоткой мог бы быть не пассажирским, а грузовым и беспилотным
Анна Мещерякова, «Третье мнение»: стартапы в России есть, но стартап-среда изменилась
Дмитрий Пьянов: клиенты ВТБ могут получить льготы при покупках на Wildberries, если это не будет противоречить политике ЦБ
Алексей Комиссаров, РАНХиГС: «Госслужба — это служение. Если не готов, лучше выбрать другое направление»
Михаил Евраев: многие туристы, которые приезжают в Ярославскую область, потом становятся инвесторами
Сергей Колесников, «Технониколь»: «Наши рабочие к 2032 году будут получать в твердой валюте не меньше, чем немецкие»
Александр Шохин: и бизнес, и государство должны иметь право на ошибку
Алексей Тулупов, Sminex: предсказать, где в Москве будет престижная недвижимость, невозможно
«Ключ» минус 7%: такой кредит — самая желанная из мер поддержки. Как ее получить?
Ольга Ускова, Cognitive Technologies: «ИИ не должен писать книги, он нужен как секретарь»
Юлия Полетаева, Wildberries & Russ: человек, готовый рисковать в бизнесе, рискует и во всем остальном
Александр Шохин: в курс 90-95 рублей за доллар уже мало кто верит
Президент «Опоры России»: обороты по счетам МСП в первом квартале упали на 16%
Директор Курчатовского института: после 90-х в России пришлось возрождать генетику
Глава центра Бакулева: больные в России слишком поздно обращаются к врачу
Феликс Либ, «М.Видео»: Владислав Бакальчук — один из немногих, кто умеет создавать маркетплейсы
Герман Клименко: это был хороший стресс-тест. Мы поняли, как сильно зависим от мобильного интернета
Ольга Зинякова, «Каро»: «Нам предрекают гибель почти 20 лет. Но сейчас мы видим рекордные сборы»
Олег Кулухов, театр-кабаре Crave: мы хотим покорить Париж
Экономист Александр Аузан: «Все правительства в мире «проспали» появление новой экономики»
Артем Кумпель, старший управляющий директор «Авито»: турбулентность на рекламном рынке как новая точка роста
Алексей Рыбников: сейчас у нас в музыке эпоха застоя
Михаил Барщевский: у нас адвокатов в судьи не берут
Леонид Роберман: мне хочется, чтобы в театре не было этой дискотеки, не было все так похоже на плохую эстраду
Алексей Репик: «Если один бизнес платит налоги, а другой — уклоняется, у первого нет шансов на честную конкуренцию»
Александр Шохин: «Самозанятость и фриланс необходимы в современной экономике»
Гендиректор «Альпина» Алексей Ильин: «Молодежь — это сейчас один из главных драйверов книжного рынка»
Гендиректор Smart Engines Владимир Арлазаров: сейчас ChatGPT выглядит как финансовая пирамида
Ресторатор Раппопорт: «Сколько бы мы ни привыкали к фуа-гра, нам все равно на Новый год хочется селедки под шубой и салата оливье»
Андрей Белевцев, «Сбер»: «В мире ИИ уважают только технологически сильных»
Писатель Алексей Иванов: ИИ-помощники литературе только на пользу
Максим Иксанов, гендиректор News Media Holding: планка адреналина все время растет, и на то, что шокировало в 2017 году, сейчас никто не посмотрит
Лариса Шимчук, «Инкерман»: в мае заморозки, потом все лето засуха — такого года за 50 лет не помню
Ольга Свиблова, директор МАММ: «Самый близкий и необходимый художнику человек — это коллекционер»
Юрий Козаренко, «Транспорт будущего»: мы можем 1,5 млн человек занять другой работой вместо курьерства
Борис Пешняк, управляющий директор RWB Media, — о взрывном росте рекламы внутри маркетплейсов и том, почему она не вытеснит всю остальную
Андрей Евдокимов, «Байкал электроникс»: пока процессоры «Байкал» в России производить невозможно, нужна международная кооперация
Владелец «Леонардо» и «Иголочки» Борис Кац: «Маркетплейсы растут со скоростью, с которой в природе растут только плесневые грибы»
Онколог Игорь Хатьков: онкология на ранних стадиях не проявляется, но выявить ее можно, и этим надо пользоваться
Сооснователь Monochrome: «Мы называем это коротко — слабоумие и отвага»
Наталья Касперская: за чем следят системы информационной безопасности и почему бумажные документы не могут уйти в прошлое
Гендиректор ВЦИОМ Валерий Федоров о том, почему почти треть россиян считают, что их могут чипировать
Ректор МФТИ Дмитрий Ливанов: наши первокурсники не слабее своих сверстников 50 лет назад
Режиссер Грымов: рекламу я делал мозгами, а спектакли — сердцем
Генсек РФС Максим Митрофанов: минувший сезон РПЛ стал самым посещаемым со времен ковида
Замминистра экономического развития Татьяна Илюшникова: «Абсурдно наказывать за экономический рост, всегда хорошо, когда бизнес растет»
Автор робота Федора Евгений Дудоров о том, как России с ее 43-м местом в рейтинге роботизации догнать Китай и Илона Маска
Испытатель протезов Емец: люди ошибочно думают, что бионический протез можно получить только в Москве и задорого
Дэниел Вулф: «Может произойти много тектонических изменений, которые хорошо сработают для России»
Ректор МГТУ Михаил Гордин: «Исторически и сейчас бауманцы — это те, кто в жизни сварил хотя бы один сварной шов»
Экономист Михаил Ханов о том, почему закон Линдси Грэма* вряд ли примут
Фермер Алексей Жданов: «У кого нет бугая на откорме, у кого только зерно, тому очень плохо»
Сергей Боярский: надо заканчивать с беспечным отношением к сим-карте, это серьезный ключ к вашей цифровой жизни
Алексей Черноусов из «Смарт Дельта Системс» о том, как с честью выйти из уголовного дела и укрепить компанию
Рустэм Хайретдинов, «Гарда»: «Мы приблизились к концу борьбы с мошенничеством, мы изживем его гигиеной и системой, как эпидемию»
Сергей Петриков: врачи приходят работать в «Склиф», потому что это бренд
Дмитрий Бородай: как главный по кофе в России создал бизнес по своему вкусу
Режиссер Максим Арбугаев: о первом игровом фильме молодого документалиста, который уже стал номинантом на «Оскар»
Максим Иванов — предприниматель, для которого репутация, как доказано, оказалась дороже денег
Федор Мурачковский, Planeta.ru: краудфандинг — это не только про деньги, это про то, чтобы заявить о себе
Предприниматель Дэниел Вулф: в Америке политика стала очень личной для каждого, ее не обсуждают
Директор частной школы «Снегири»: мы конкурируем за учителей не с государственными школами, а с рынком репетиторов
Леонид Роберман: ни один коммерческий проект не был так успешен по доходу, как истинно художественные спектакли
Вадим Ермолаев: в этом году мы выловили почти в два раза меньше лососевых, чем планировала наука
Игорь Золотовицкий: в театрах России бум, люди хотят эмоционального совета от Чехова и Шекспира
Кыдана Гурьева — о том, почему якутские алмазы к якутским ювелирам попадают через Индию
Андрей Костин, ВТБ: кредиты у нас берут, избыточной ликвидностью банки не обладают
Искандер Бариев о том, почему российская экономика не лидер по роботизации и внедрению ИИ
Русские вендоры бытовой техники под немецкими именами: как вырос их бизнес после ухода зарубежных гигантов?
Валерий Захарьин о том, почему одни вина слишком дорогие, а другие — слишком дешевые
Илья Иванцов, президент ГК «Элемент»: «Нам сложно догонять сложившиеся технологии, но появляются новые, в которых можно сделать рывок»
Дмитрий Пушкарь: «Технологии новой медицины — роботы, микрохирургия, генетическая терапия»
Основатель «Мосигры» Кибкало: «В 2008-2010 годах мы подглядывали у коллег за рубежом; в 2015-2017-м уже они смотрели, как нам это удалось»
Основатель YouDo: «В России в венчурной среде сейчас работает только одна модель — зарабатывания денег»
Вячеслав Жигалов — о том, как переписывают ценники в автосалонах с повышением утильсбора
Евгений Демин, Splat: «Нам очень важно как-то улучшать мир вокруг себя, и желательно в мировом масштабе»
Хабенский: «Театр — это хобби, это далеко не место для зарабатывания денег»
Юрий Васильев: «Сервисы искусственного интеллекта не хуже среднего врача, но хуже хорошего»
Владимир Степанов, «Аквариус»: обеспечить доступность российских процессоров на рынке получится через два-три года
Максим Виноградов, «Катюша»: «Мы бы не хотели опускать планку потому, что и потребители, и рынок требуют полноценной локализации»
Дизайнер Алена Ахмадуллина: «В ближайшем будущем появятся магазины полностью белой одежды»
Максим Анисимов, Picaso 3D: под санкциями мы продолжаем работать, ищем возможности и находим их
Константин Трушкин: «Эльбрус» не умирает, мы его бережем для важных задач»
Андрей Давидюк, «Моторика»: в начале для меня это был социальный проект, а потом оказалось, что бизнес
В чем ИИ сильнее, а в чем — слабее человека? Рассказывает глава AIRI Иван Оселедец
Михаил Шурыгин, «EdgeЦентр»: «В России самые умные и самые продуктивные программисты»
Глава компании «Диасофт»: «Удаленка никогда не закончится теперь для IT-мира, мир не хочет»
«Либо не расти, либо дробиться»: как система льгот возвела барьеры для роста и как закрыли «Теремок» в Нью-Йорке
Эксперт моды Владислав Лисовец: «Мода сегодня очень хулиганская»
«Нейроимпланты — рынок будущего, он точно будет просто колоссальный»
Совладелец Skyeng — о конкуренции с традиционными системами образования
Дома каких серий следующие на реновацию и как будут разбирать небоскребы «Москвы-Сити», когда придет их час?
«Все упирается в фильтры и общение». Интервью программиста, нашедшего невесту с помощью нейросети
На чем ездят китайцы, сколько это стоит и в чем разница между китайскими и европейскими авто?
Где потолок каршерингового бизнеса и что делать, если на авто после поездки оказалась царапина? Отвечает глава «Делимобиля»
«Будучи адвокатом, я реализовал все актерские амбиции»: Михаил Барщевский — о законах и театре
Сколько должны стоить билеты на хороший спектакль и может ли театр существовать без господдержки?
Михаил Липатов: «Этот год — год организации производства дронов»
Станислав Иванов, ГБУ «Малый бизнес Москвы»: «Рассказать предпринимателям о мерах поддержки и помочь ими воспользоваться»
«Мы не хотим никого обижать, но нас-то просто обобрали». Беседа с Андреем Костиным
«Российское производство — это перспективная история, надежная». Беседа с Александром Клоковым, Engy
Зачем студентам Физтеха учить китайский и работает ли опция «стартап как диплом»?
Винодел Рем Акчурин: надо людям больше показывать, что в России вина могут быть на порядок лучше европейских
Кирилл Царев, «Сбер», — о влиянии ключевой ставки на рынок и будущем ипотечных программ
С какими вызовами сталкивается российская таможня в условиях санкций?
Григорий Сизоненко: «Мы достигли технологических возможностей, которые нам позволяют сказать американцам: ребята, спасибо за науку»
Анна Мещерякова — о технологиях искусственного интеллекта в каждодневной медицине
Основатель бренда «Аскона» — о том, почему в России нет культуры и опыта наследования бизнеса
Александр Новак — о дисконте на нефть и повышении цен на заправках
Бороться ли с утечками информации или это новая реальность? Мнение Натальи Касперской
Что происходит с онлайн-кинотеатрами после исчезновения «Гарри Поттера» и других хитов Голливуда?
Почему билеты в Большой такие дорогие, а на «Щелкунчик» перед Новым годом их просто не достать?
Как ЭРА-ГЛОНАСС спасает людей после тяжелых аварий и как планирует увеличивать прибыль?
Как изменились цены на мебель за последние годы и можно ли заменить IKEA?
Как изменились цены на мебель за последние годы и можно ли заменить IKEA?
Директор школы «Летово»: «Многие родители рассказывают, что школу выбрали не они, а ребенок»
Зачем России Альянс в сфере искусственного интеллекта?
Основатель Henderson: «Бренд всегда будет сильнее в своей стране и менее силен и влиятелен в других странах»
Как сделать самокаты безопасными для пешеходов?
Почему Илья Тютенков не открывает рестораны за границей и чем хлеб, испеченный на еловых дровах, отличается от любого другого?
Сможет ли Россия занять свое место на винной карте мира?
«Мы в 2014 году серьезно испугались»: основатель «Белой дачи» — о становлении рынка салатов в России
«В мире нет таких разработок»: как компания «Аэромакс» развивает беспилотники?
Почему печать изделий на принтерах пока не захватила все вокруг?
Вице-президент Segezha Group: «Хотим серьезно увеличить свои объемы в Африке»