Skip to content
Устная история podcast artwork

Устная история

by oralhistory.ru

Беседы о науке, культуре и повседневности ХХ века. Архив Научной библиотеки МГУ имени М. В. Ломоносова

From the show's RSS feed, refreshed Nov 10, 2026. Source feed.

Subscribe Bookmark

Episodes

  1. Александра Азарх-Грановская. О Марке Шагале

    «Рядом спал сторож… Его звали Эфроим. Невероятный дурак. И он всегда, когда Шагал писал свои полотна, он стоял и смеялся. А Шагал спрашивал: „А над чем ты смеешься?“ И Эфроим ему отвечал: „Не знаю, что смешнее: вы или то, что вы делаете“», — вспоминает Александра Азарх-Грановская в пятой беседе....

  2. Александра Азарх-Грановская. О еврейском театре вообще и о ГОСЕТе в частности

    Четвертая беседа с театральным режиссером и педагогом Александрой Азарх-Грановской посвящена истории еврейского театра в целом и Государственного еврейского театра в частности. Собеседница Виктора Дувакина приводит собственную версию становления еврейского театра, транслируя распространенное…

    more
  3. Василий Комардёнков. О добром Маяковском и зернышках кофе между камней мостовой

    Беседа с Василием Петровичем Комардёнковым продолжается воспоминаниями о Владимире Маяковском. Комардёнков вспоминает поэта за бильярдом, во время заседаний Института художественной культуры и во Всероссийском союзе поэтов. Беседа содержит так же удивительные воспоминания о Москве рубежа 1910-х —...

  4. Александра Азарх-Грановская. О двух встречах с Гумилевым и о том, как Бабель в Париже подглядывал за французами

    В третьей беседе театральный режиссер Александра Азарх-Грановская рассказывает о двух своих встречах с поэтом Николаем Гумилевым. Первая состоялась 30 августа 1918 года, в день убийства Урицкого, на премьере спектакля Алексея Грановского «Макбет» в «Театре трагедии». Вторая встреча произошла в...

  5. Сергей Макашин. «Ныне отпущаеши раба твоего»: послевоенные чудеса, вынужденная реабилитация и архив Герцена

    В послевоенных воспоминаниях Сергея Макашина драматизм личной судьбы приобретает буквально библейский оттенок. Он неоднократно повторяет слово «чудо», рассказывая о неслучайных спасительных случайностях, которые спасали в советской действительности человека, вернувшегося с войны, у которого,...

  6. Александра Азарх-Грановская. Об отталкивающей среде в доме Бриков, Якове Блюмкине и постановке «Мистерии-Буфф» на немецком

    В оригиналах записи второй беседы с театральным режиссером и педагогом Александрой Азарх-Грановской также был обнаружен довольно любопытный ранее не опубликованный фрагмент. Он посвящен атмосфере в доме Осипа и Лилии Бриков в Водопьяном переулке: по словам Азарх-Грановской, в этом доме...

  7. Василий Комардёнков. «Я надеялся на одно: что все это пригодится для макетов»

    Первая беседа с художником Василием Петровичем Комардёнковым — о «волшебном мире» и его добром швейцаре, «буйной молодежи» на Кузнецком и несостоявшейся площадной постановке.Комардёнков вспоминает, как в детстве его тянуло в комнаты с театральными декорациями. Практически сбежав из зубоврачебной...

  8. Александра Азарх-Грановская. О том, как отбивалась от ухаживаний Маяковского, и об одной бывшей своего мужа. Часть 2.

    Почти с самого начала, в день беседы 8 июля 1968 года, между Виктором Дувакиным и театральным режиссером Александрой Азарх-Грановской устанавливаются очень доверительные отношения. Собеседница открыто рассказывает, как отвергла ухаживания Маяковского и как он на это отреагировал, делится своей...

  9. Александра Азарх-Грановская. О том, как отбивалась от ухаживаний Маяковского, и об одной бывшей своего мужа. Часть 1.

    Почти с самого начала, в день беседы 8 июля 1968 года, между Виктором Дувакиным и театральным режиссером Александрой Азарх-Грановской устанавливаются очень доверительные отношения. Собеседница открыто рассказывает, как отвергла ухаживания Маяковского и как он на это отреагировал, делится своей...

  10. Глеб Добровольский. «Мне всегда было интересно жить»: об уроках университета

    Четвертая беседа с почвоведом Глебом Всеволодовичем Добровольским посвящена третьему тридцатилетию его жизни — годам интенсивной работы в университете, академической деятельности и многочисленным экспедициям. Говоря о своих путешествиях, Добровольский рассказывает о впечатлениях от Сибирских…

    more
  11. Глеб Добровольский. «Несмотря на то, что кругом еще была разруха, я испытывал счастье!»

    В третьей беседе почвовед Глеб Всеволодович Добровольский вспоминает, как вернулся в науку после семи военных лет. Тогда началась его «творческая научная жизнь», состоявшая и из полевой работы — исследования почв по всему Советскому Союзу, и из преподавания в МГУ. В 1970 году Добровольский,...

  12. Олег Широков, Аида Широкова. О гениальном и бескомпромиссном Алексее Лосеве

    Как из Сталина и Жданова получается Лосев и в каком городе случилась хамская революция? В третьей беседе с лингвистом Олегом Широковым принимает участие его жена и коллега — лингвист Аида Широкова. Они рассказывают об Алексее Лосеве, его быте, взглядах на религию и марксизм, грузовике, набитом...

  13. Марина Свидерская. «Серая масса отличников», Лазарев, Виппер и ведро молодого вина

    В этой беседе Марина Свидерская продолжает рассказ о том, как разочарование в театральной карьере почти случайно привело ее в искусствоведение. Она вспоминает, как поступала на истфак МГУ и оказалась в пестрой компании «искусствоведов поневоле» — начинающих музыкантов, несостоявшихся филологов,...

  14. Арий Ротницкий, Анна Ротницкая. О еврействе Фета, инсульте Каменского и поисках могилы Багрицкого

    В седьмой беседе Арий Ротницкий продолжает вспоминать о писателях, поэтах и их родственниках, с которыми сталкивался за время своей долгой карьеры в Литфонде, демонстрируя удивительную для почти девяностолетнего человека память на имена, места и события. Он рассказывает, как присутствовал при...

  15. Сергей Макашин. Освобожденная Прага, лекции Вячеслава Иванова и фальшивый Репин

    В вомьмой беседе Сергей Макашин завершает рассказ о войне и, поскольку со времени предыдущей записи прошло около четырех месяцев, несколько эпизодов он пересказывает заново, добавляя детали. Воспоминания Макашина предельно контрастны: красота Саксонской Швейцарии и ужас концлагеря со рвом,...

  16. Сергей Макашин. Баланда с землей, деревянные сабо и белые простыни Дрездена

    В этой, седьмой, беседе Сергей Макашин продолжает тяжелый рассказ о немецком лагере для военнопленных Stalag IV-B, куда он попал раненым осенью 1944 года. Случайно принятый за француза, Макашин оказался во французском лазарете, где ему спасли ногу, а, возможно, и жизнь. В советской части лагеря...

  17. Арий Ротницкий, Анна Ротницкая. О последних днях Фадеева и эвакуации московских писателей в Узбекистан в 1941 году

    В шестой беседе Арий Ротницкий продолжает рассказывать об известных писателях, поэтах и их родственниках, с которыми ему довелось познакомиться за годы своей долгой работы в Литфонде. Он много времени уделяет Александру Фадееву, последним годам его жизни, смерти и похоронам. Говорит он и о...

  18. Олег Гребенщиков. Об эвакуации из Новороссийска, эмигрантском Белграде, работе в Праге и репатриации в СССР

    В первой беседе Олег Гребенщиков и Виктор Дувакин намечают темы для будущих встреч, осторожно обходя опасные эпизоды биографии: генеральскую службу отца, его участие в Добровольческой армии и годы Гражданской войны. Гребенщиков вспоминает как после эмигрантских скитаний семья оказалась в…

    more
  19. Глеб Добровольский. О подвиге жены и шести годах армии вместо аспирантуры

    Вторая беседа с Глебом Всеволодовичем Добровольским — об МГУ, армии и любви. Добровольский вспоминает учебу на почвенно-географическом (а позже — геолого-почвенном) факультете, ярких преподавателей, атмосферу дружбы и взаимопомощи среди студентов. После поступления в аспирантуру в 1939 году...

  20. Глеб Добровольский. «Я застал еще время, когда отживал свои годы XIX век в деревне»

    Почвовед Глеб Всеволодович Добровольский разделял свою жизнь на три больших этапа: юношеские учебные годы, период исследовательского становления и время напряженной академической работы. В первой беседе Добровольский обращается к этапу детства и юности. Он вспоминает атмосферу домов своих дедушек…

    more
  21. Сергей Макашин. Архив Некрасова, допросы на Лубянке и немецкий лагерь Саласпилс

    В шестой беседе с Сергеем Макашиным сплетены две принципиально разные главы его жизни. Одна связана с предвоенной работой над некрасовскими томами «Литературного наследства», сложными отношениями с Корнеем Чуковским и началом работы над бунинским томом. Вторая, трагическая и абсурдная, началась с...

  22. Маргарита Эглит. «В аспирантуре я наконец-то открыла глаза на мир уже по-настоящему»

    Первая и единственная беседа с Маргаритой Эглит посвящена механико-математическому факультету МГУ. Среди преподавателей, которых вспоминает Эглит, легенды мехмата — Андрей Колмогров, однажды передумавший отчислять студентов-бунтовщиков и Леонид Седов, удивляющийся, как можно не заниматься...

  23. Олег Широков. О главных учителях и их влиянии — научном и человеческом

    Вторая беседа с лингвистом Олегом Широковым посвящена его учителям и разным традициям преподавания — от «сельского просветителя» Ивана Фокина из деревни Гора-Новосёлка до больших ученых, профессоров филфака МГУ — Алексея Лосева, Александра Реформатского, Бориса Горнунга, Михаила Петерсона, Петра...

  24. Игорь Пальмин. «Я любил быть ничейным»

    В первой беседе Игорь Пальмин рассказывает о родителях-актерах, их кочевой жизни и о том, как рано стало ясно, что он непригоден к публичной профессии. Вспоминает довоенные Таганрог и Воронеж, начало войны, первые пережитые бомбежки, эвакуацию и возвращение к мирной жизни. Рассказывает об опасных...

  25. Арий Ротницкий. Поручите это Арию Давидовичу…

    В пятой беседе Арий Ротницкий продолжает рассказывать о писателях, поэтах и их потомках, с которыми ему доводилось встречаться за долгое время работы в Литературном фонде. На этот раз он вспоминает о том, как отдыхал вместе с Константином Паустовским. От рассказа о Паустовском переходит к…

    more
  26. Михаил Островский. «Мне только не хватало детей композиторов!» Воспоминания о Вере Самсоновой

    В основе этой беседы рассказ академика Михаила Островского о его учителе, Вере Георгиевне Самсоновой, личности уникальной и почти забытой, ставшей связующим звеном между несколькими научными эпохами. Ее жизнь — срез истории отечественной науки XX века: работа в Государственном оптическом…

    more
  27. Ангелина Щекин-Кротова. «Вы пришли не в лавку маршана»: как показывать искусство иностранцам

    В четвертой, заключительной, беседе Ангелина Васильевна, не без должных преувеличений, рассказывает о зарубежных ценителях, стремившихся приобрести полотна Фалька уже после его смерти. Так, итальянский писатель Карло Леви, прославившийся книгой «Христос остановился в Эболи», с таким восхищением...

  28. Ангелина Щекин-Кротова. «У тебя будет смысл жизни — служить гению»

    В третьей беседе Ангелина Щекин-Кротова обсуждает с Дувакиным гостей, которые бывали в мастерской Фалька и служили моделями его портретов. Среди них: поэтесса Ксения Некрасова, с «первобытной» цельностью и народной простотой, которая противопоставляется Щекин-Кротовой интеллектуальной традиции...

  29. Сергей Макашин. «Писатели выглядят страшными реакционерами»: Ромен Роллан, Андре Жид и другие французы

    В пятой беседе Сергей Макашин рассказывает о создании трехтомника «Русская культура и Франция» для серии «Литературное наследство». Это история началась с абсурдного фейка в западной газете о кутежах большевиков в украинской Верховне, имении Бальзака, а вылилась в фундаментальный труд,...

  30. Арий Ротницкий. О возвращении Куприна в СССР, застолье у Серафимовича и помощи потомкам Пушкина

    В четвертой беседе Арий Ротницкий продолжает рассказ о писателях и их близких, с которыми познакомился в годы работы в Литфонде. Он вспоминает Александра Серафимовича и его жену Феклу Родионовну, Викентия Вересаева, Степана Скитальца, Алексея Новикова-Прибоя, Николая Телешова, а также потомков...

  31. Арий Ротницкий. О том, как слушал Ленина, кормил советских писателей и выбирал памятники для Новодевичьего кладбища

    Третью беседу Арий Ротницкий начинает с повествования о том, как в 1917 году устраивал праздник для двадцати пяти тысяч тульских детей. Это грандиозное городское событие стало его первым шагом в советской карьере. Он вспоминает, как слушал Ленина на Съезде по школьной и внешкольной работе в 1919...

  32. Олег Широков. О Лубянке, Бутырке, Казанке и интеллигентных людях

    Первая беседа с Олегом Широковым состоит преимущественно из рассказа о тюремных больницах Бутырской и Казанской тюрем 1944–1945 годов. Не успев закончить школу, Широков попал под следствие политической статье и оказался на свободе спустя лишь два с половиной года. Он вспоминает окружавших его...

  33. Николай Марфенин. «То, что я получил с детства, — свобода и инициатива»

    В беседе зоолог Николай Марфенин вспоминает о быте ведомственного дома на набережной Горького и дачной жизни большой семьи, современном подходе к обучению дошкольников и занятиях в Московском детском речном пароходстве. От дополнительных занятий пришлось отказаться после поступления в...

  34. Сергей Макашин. Гёте как филистер, «печать рапповщины» и мартиролог литературоведов

    Четвертая беседа с Сергеем Макашиным посвящена его работе 1930-х годов. Макашин вспоминает как сугубо академическое «Литературное наследство» стало полем битвы между рапповскими идеями и высоким литературоведением, представители которого были вскоре репрессированы вместе со своими оппонентами. И...

  35. Арий Ротницкий, Анна Ротницкая. О том, как возил пятьсот детей в гости к Льву Толстому

    Во второй беседе педагог Арий Ротницкий рассказывает о том, как в 1907 году организовал экскурсию для тульских детей в имение Льва Толстого. Это было крайне сложное предприятие, учитывая особенность «контингента» и «логистику»: около пятисот разновозрастных детей нужно было перевезти на…

    more
  36. Арий Ротницкий, Анна Ротницкая. О черте оседлости и сиропитательном отделении при Тульской земской больнице

    Виктор Дувакин не случайно в первой же фразе называет Ария Ротницкого большой поживой. Это человек, за свою почти столетнюю жизнь видевший очень многое и очень многих. Еще в 1907 году он устраивал поездку тульских школьников в имение к Льву Толстому, а потом и сам был удостоен встречи с…

    more
  37. Сергей Макашин. Как Салтыков-Щедрин стал любимым писателем Ленина и Сталина

    В третьей беседе Сергей Макашин рассказывает о первых годах серии «Литературное наследство», о времени, когда старые большевики стояли во главе советского литературоведения и дискутировали о методах народников накануне эпохи Большого террора. Салтыков-Щедрин с его горькой иронией очередной раз…

    more
  38. Сергей Макашин. «Это было сосредоточение belle fleur русской советской интеллигенции»

    Во второй беседе Сергей Макашин рассказывает об этнологическом факультете МГУ 1920-х и своей работе в редакции только созданной Большой советской энциклопедии. Он вспоминает о том, как был устроен рабочий процесс в Энциклопедии: об утренних визитах к Анатолию Луначарскому, прогулках с Вячеславом...

  39. Сергей Макашин. «Почему-то считается, что писателем может быть, собственно, каждый грамотный человек»

    Первая беседа с Сергеем Макашиным начинается с рассказа о провале экзамена по музыке, который обозначил начало профессиональных занятий литературой — дела жизни рассказчика. Встреча с Валерием Брюсовым и поступление в созданный им ИФЛИ стали удачей в жизни молодого музыканта с непролетарским...

  40. Иван Гронский. «Сталин прямо говорил: „Нам надо избегать репрессий. Они нам ничего не дадут“»

    В четвертой и заключительной беседе Иван Гронский затрагивает целый ряд важнейших тем российской и международной культурной политики и политики в целом. Во-первых, говорит о внутренней борьбе внутри коллектива газеты «Известия» после внезапной смерти ее главного редактора Ивана…

    more
  41. Мария Волошина. «Я не могу раздеться при роялях!»

    Грациозность Макса, эгоизм одаренных людей и Александр Грин, спущенный с лестницы. Во второй беседе Мария Волошина вспоминает о гостях их с мужем коктебельского дома: объясняет, почему не ладила с Мариной Цветаевой, и рассказывает, кого из знакомых Макс Волошин ценил особенно высоко. Часть...

  42. Иван Гронский. «Я спал часа два-три в сутки в течение примерно пятнадцати лет»

    Как и предыдущие, эта беседа с видным советским партийным деятелем Иваном Гронским полна подробностей о самых разных выдающихся людях 1920–1930-х годов — политиках, писателях, поэтах и актерах. Большая часть разговора посвящена тому, как происходило зарождение концепции социалистического…

    more
  43. Леонид Варпаховский. О капустниках в «Летучей мыши», общении с Мейерхольдом и несостоявшемся романе между матерью и Маяковским

    Заключительная беседа Виктора Дувакина и театрального режиссера Леонида Варпаховского состоялась через полгода после предыдущей, поэтому собеседники начали разговор с дополнений. Варпаховский долго собирается с мыслями, прежде чем начать говорить о несостоявшемся романе между Владимиром…

    more
  44. Мария Волошина. О себе, Максе Волошине и подлинной сущности каждого

    Первая беседа с Марией Волошиной начинается с рассказа о ее семье — бабушке-начетчице, матери-раскольнице и отце-католике, который ради женитьбы принял православие. Мария рано потеряла родителей и брата. Юность проходила настолько болезненно, что девочкой она сознательно пыталась отравиться. Но в...

  45. Леонид Варпаховский. Рыцарь стиля. О Всеволоде Мейерхольде

    Вторая беседа с театральным режиссером Леонидом Варпаховским начинается с удивительной истории знакомства юного Александра Твардовского с Борисом Пастернаком в доме, где Гоголь впервые в Москве читал «Мертвые души». Но большая часть беседы посвящена личности Всеволода Мейерхольда, который обратил...

  46. Лидия Чуковская. «Мы никаких людей, кроме знаменитых, в детстве не видели»

    В беседе Лидия Чуковская главным образом обращается к детским воспоминаниям об отце и людях, бывавших в его доме. Значительная часть рассказа посвящена Куоккале, где семейство прожило около десяти лет — рядом с Репиным, извозчиками и рыбаками. Чуковская восстанавливает свою детскую картину мира:...

  47. Светлана Толстая. Диссиденты из отдела структурной лингвистики, экспедиции в Полесье, Топоров, Иванов и Лотман

    В третьей беседе Светлана Михайловна Толстая рассказывает о возрождении отечественной славистики после разгрома 1930-х годов и о новых испытаниях в эпоху «подписанства и гонений». Важной частью беседы становится рассказ об Институте славяноведения РАН, в котором Светлана Михайловна работает с…

    more
  48. Анна Артоболевская, Гавриил Юдин, Олег Черников. О Марии Юдиной — пианистке, христианке, кошатнице

    Заключительная беседа с музыкальным педагогом Анной Артоболевской почти целиком посвящена пианистке Марии Юдиной. На квартиру к Артоболевской были приглашены двоюродный брат Юдиной дирижер Гавриил Юдин и ее близкий друг учитель музыки Олег Черников. Гавриил Юдин приводит подробности о семье...

  49. Стефанида Руднева. Айседора Дункан и рождение свободного танца

    Одной из центральных фигур первой беседы со Стефанидой Рудневой является Айседора Дункан (Изадора, как сама танцовщица произносила свое имя) — ее жизнь, творчество, новации в танце и впечатление, производимое на современников. Стефанида Дмитриевна рассказывает о том, как в начале 1910-х годов...

  50. Светлана Толстая. Корифеи филологического факультета, Симплы и похороны Пастернака

    Основное внимание во второй беседе уделено портретам преподавателей и однокурсников по университету. Светлана Михайловна рассказывает о блестящих лекциях профессоров филологического факультета и о поиске своего направления в науке на семинарах и спецкурсах. Отдельной страницей воспоминаний...

About this show

Беседы о науке, культуре и повседневности ХХ века. Архив Научной библиотеки МГУ имени М. В. Ломоносова

Hosted by

oralhistory.ru

Categories

Frequently asked questions

How many episodes does Устная история have?

Устная история has 201 episodes on PodParley. The most recent episode was published on November 10, 2026.

What is Устная история about?

Беседы о науке, культуре и повседневности ХХ века. Архив Научной библиотеки МГУ имени М. В. Ломоносова

How often does Устная история release new episodes?

Устная история publishes every two weeks, based on its 201 episodes since May 2020.

Who hosts Устная история?

Устная история is created and hosted by oralhistory.ru.
Link copied