Колючая воля и мягкий ошейник

Лягушку принято варить медленно. Чтобы она не выпрыгнула из кипятка. Гайки надо закручивать аккуратно. Чтобы не сорвать резьбу. Правительства принимают законы постепенно, чтобы не вызвать шок у электората. Даже если речь идёт о важном, о защите слабых или угнетённых. Да и большинство, конечно, согласится, что нормальному человеку скрывать нечего. Извращенцев среди нормальных людей нет! Вон, у протестантов даже не принято зашторивать окна. И правильно же, там где не посмотрит государство, там досмотрит общественный контроль. Да и вообще, знание о сознании своих граждан - важное достижение христианской цивилизации. Тут исповедь у священника, там товарищеский суд, здесь набор правил локального комьюнити, там моральный кодекс, нарушение которого порвёт психику изнутри. А если к этому всему добавить перлюстрацию корреспонденции, цензуру СМИ, контроль по ключевым словам, распознавание образов, идентификацию по лицу. Да и граждане же сами настаивают, чтобы государство побыстрее приняло все возможные меры, чтобы поймать террористов, оппортунистов, иносексуалистов или в конец оборзевших самокатчиков. Идеальная система безопасности - та, где уровень преступности равен нулю. И не надо задаваться вопросом, кто этот уровень задаёт. Сначала были религии, которые учили, как думать. Потом появились идеологии, которые стали учить, как делать. Теперь появилась этическая система, которая думает и делает за нас. Тем более, что как показывает практика, это удобно для большинства - начальству виднее, пусть учёные решают, в правительстве не дураки сидят, управление - задача профессионалов. И общество торжественно склоняет голову, принимая мягкий ошейник и с ненавистью вспоминая неприятные ощущения колючей воли. И наблюдает за тем, как умирает свобода. Под гром аплодисментов.О безопасности, о преступности, об эффективном контроле, об общественном надзоре, о свободе в интернете и о необходимой перлюстрации личных сообщений - очередной выпуск Потешного радио.Граждане подписчики, товарищи слушатели - а вам что ближе: больше воли или больше контроля? Надо ли ограничить права и свободы ради всеобщей безопасности?