Слова и звуки 129: Блажен, кто мыслит головами

#pomespenyeach Александр Баласогло — уроженец Херсона из военно-морской семьи обрусевших греков; сам тоже пошел на флот еще мальчиком, а потом учился восточным языкам, работал в разных департаментах, участвовал в деятельности петрашевцев и, как водится, был сначала сослан (в Петрозаводск), а потом отправлен в Николаев под тайный полицейский надзор, где преподавал историю будущим морякам. Младший современник Пушкина, ну и типичная для русского офицерского (да и любого) интеллигента судьба. Стихотворение, надо сказать, местами довольно темное. *** Стихотворения Мандельштама до “Камня” мало, мне кажется, на слуху, и опознать их как мандельштамовские трудно — ну такой средний поток поэзии начала XX века. *** Тут на днях разошлось по сетям недоумение человека, который (-ая) читает *лекцию* про Пастернака и при этом не понимает, что хорошего в стихотворении “Свидание” (почему она жует мокрый снег, а? негигиенично!). [In other news, другие хорошие люди бурно обсуждают невероятно нудный и чудовищный поэтический текст и, наоборот, что-то в нем находят. Ну что сказать — дух веет где хочет, никаких однозначных весов нет, одни не любят Пастернака, другие любят всякую тягомотину, это нормально и, кстати, к качеству текстов прямого отношения не имеет: я не люблю Блока, а раньше не любил Цветаеву.] *** Сюжет “Вороны и лисы” (еще эзоповский) всем знаком, но обратите внимание, как изменился язык за сорок пять лет: Сумароков все-таки воспринимается как что-то существенно старинное, Крылов уже нет (хотя, конечно, тут большую роль играет всеобщее знакомство с текстом; впрочем, надо еще внимательно посмотреть на первоисточник, помните, в “Стрекозе и муравье” некоторые строчки оказались не совсем такими, как мы помним со школы). Крылов, кстати, эксплицитно отметил свой долг перед Сумароковым и вообще культурную преемственность — у Сумарокова есть строчка “Какие ноженьки, какой носок”. *** И опять-таки, от “Вороны и лисицы” до этой “Элегии” Пушкина проходит восемь лет — а количество воздуха в легких русской поэзии уже совсем другое. Но это потому что Пушкин, конечно. *** Ну а “Апокалипсис” Коржавина (дата не случайная) — стихотворение здесь-и-сейчас, увы, очень, очень понятное. 1726. Александр Баласогло. Лишний [1838] 1727. Поликсена Соловьева. К ночи [1905] 1728. Осип Мандельштам. Бесшумное веретено [1909] 1729. Борис Пастернак. Свидание [1949] 1730. Юрий Верховский. Как ты привык к плохим обоям [1914] 1731. Ирина Перунова. Там улиткина перчатка ускользнула в темноту [2009] 1732. Афанасий Фет. Не могу я слышать этой птички [1892] 1733. Александр Сумароков. Ворона и лиса [1763] 1734. Анна Гедымин. Сухой водоем [2020] 1735. Александр Пушкин. Элегия (“Счастлив, кто в страсти сам себе”) [1816] 1736. Наум Коржавин. Апокалипсис [1968]