Слова и звуки 133: Я, я, я! Что за дикое слово?

#pomespenyeach По названию стихотворения Батюшкова кажется, будто оно должно быть таким, как большинство русских стихотворений этой темы, что с идеальным попаданием выражено, конечно, Козьмой Прутковым — “Отстань, беззубая!.. твои противны ласки!” и так далее. Но там все ровно наоборот! Очень refreshing. *** И еще про женский вопрос: у меня есть ощущение, что Павлова находится на ступеньке Полонского и Майкова, а не Тютчева и Фета, именно из-за гендерного восприятия. Посмотрите хоть на это стихотворение: какая рифмовка! *** Щипачев — автор бессмертных строк “Любовь — не вздохи на скамейке” и “Как повяжешь галстук, береги его” (обращение к офис-менеджеру); обычно ставшие мемами строки не передают общего очертания поэта, но в этом случае, по-моему, передают. Стишок про метеорит довольно чудовищный. *** Ивнев с трогательным простодушием (простодушием ли?) рассказывает, как грузинская девушка не стала с ним разговаривать. (Как будто отсутствие общего языка — это повод.) Довольно пронзительно. *** Господи, Шилейко не дожил до сорока, а по фотографиям кажется, что ему лет семьдесят. “Не муж, а катастрофа”, по словам Гумилева, крупнейший востоковед (о его востоковедческом наследии говорят разное, я тут ничего сказать не могу — но масштаб несомненен). *** Очевидная, но не всегда проговариваемая мысль: “галантный век” был несопоставимо круче в плане личной, гендерной и сексуальной свободы, чем сменивший его (условно-“викторианский”); в истории Нельсона и компании, например, удивительнее всего не сами события, а трогательная роль Гамильтона, над которым в XIX веке в лучшем случае смеялись бы (впрочем, вся комбинация была бы невероятна). Вот с этим ощущением, мне кажется, надо воспринимать хулиганскую балладу про князя Павла: “Это было при Елизавете / И не будет уж вновь — никогда”. *** На “Арзамасе” есть подборка, где Григорий Утгоф пытается сказать, что Набокова-поэта не надо воспринимать исключительно как неуклюжего дилетанта, взрощенного Серебряным веком. Попытка небезуспешная, и подборка там интереснейшая; скажем, приведенное стихотворение, на мой взгляд, очень неожиданное. *** Монина, умершая в Москве в военные годы, была замужем за Бобровым, о котором Гаспаров оставил такие пронзительные воспоминания; в ухаживании он был чуток и внимателен, а в браке над ее стихами, говорят, издевался. А зря. 1776. Марина Цветаева. Два дерева хотят друг к другу [1919] 1777. Константин Батюшков. К постарелой красавице [1817] 1778. Николай Гумилев. Дом [1918] 1779. Каролина Павлова. Дума [1840] 1780. Степан Щипачев. Метеорит [1965] 1781. Александр Яшин. Не только слова [1957] 1782. Рюрик Ивнев. Плыли горы в лиловом тумане [1938] 1783. Николай Гумилев. Я, что мог быть лучшей из поэм [1917–18] 1784. Роберт Рождественский. Тихо летят паутинные нити [1990-е] 1785. Владимир Шилейко. Тысячелетний шаг вигилий [1917] 1786. Владислав Ходасевич. Перед зеркалом [1924] 1787. Борис Пастернак. Любить — идти, — не смолкнул гром [1917] 1788. Николай Агнивцев. Князь Павел [1923] 1789. Владимир Набоков. Все, от чего оно сжимается [1953] 1790. Варвара Монина. Что же — мы знаем, как, волнуясь запахом [1923]